АБР планирует увеличить финансирование частного сектора до $13 млрд. в год к 2030 году

Ташкент, Узбекистан (UzDaily.uz) — Узбекистан стал одним из ключевых партнёров Азиатского банка развития в сфере привлечения частных инвестиций в Центральной Азии, а сам банк наращивает региональные амбиции, намереваясь к 2030 году выйти на уровень ежегодного финансирования частного сектора в 13 миллиардов долларов.

Об этом заявила Изабель Чаттертон, генеральный директор департамента операций с частным сектором АБР, выступая перед журналистами в Ташкенте.

Флагманским примером сотрудничества банка с Узбекистаном Чаттертон назвала проект «Самарканд-1 и Самарканд-2» — строительство солнечных электростанций с интегрированными системами накопления энергии. 

АБР выступил организатором и структуратором финансового пакета, объединив собственные ресурсы с синдицированными займами и кредитными гарантиями. В результате удалось мобилизовать более 1,2 миллиарда долларов совокупного капитала партнёров и частных инвесторов. 

Проект добавит один гигаватт солнечной генерирующей мощности и более 1,3 гигаватт-часа ёмкости накопителей, обеспечит чистой электроэнергией тысячи домохозяйств и позволит ежегодно предотвращать выброс свыше миллиона тонн углекислого газа. 

По словам Чаттертон, этот проект формирует воспроизводимую модель для привлечения частных инвестиций в возобновляемую генерацию и хранение энергии по всей Центральной Азии.

Достигнутые результаты Чаттертон связала с последовательными экономическими реформами, которые правительство Узбекистана проводит на протяжении нескольких лет. По её оценке, программа преобразований носит комплексный характер и нацелена на передачу в частные руки тех секторов, которыми бизнес способен управлять эффективнее государства. 

Реформы уже принесли измеримые результаты: международные рейтинговые агентства повысили суверенный кредитный рейтинг страны, что напрямую расширило аппетит АБР и других инвесторов к узбекистанским рискам. 

«Опыт Узбекистана привлекает внимание других стран региона, которые стремятся понять, как правительство выстраивало эту программу», — отметила Чаттертон. Банк и правительство сотрудничают практически с самого начала реформ, и это партнёрство закреплено новым соглашением на период до 2030 года, предусматривающим два миллиарда долларов прямого финансирования частного сектора.

Оценивая инвестиционный климат в стране, директор-генерал пояснила, что банк анализирует три уровня рисков: страновой, риск спонсора проекта и риск самого проекта. Повышение суверенного рейтинга Узбекистана уже изменило эту картину в пользу инвесторов.

Не менее важным условием для привлечения крупного институционального капитала она назвала наличие долгосрочного портфеля проектов: инвесторы не готовы нести издержки на изучение нового рынка ради единственной сделки — им необходим устойчивый и предсказуемый поток возможностей. Именно это обеспечил энергетический сектор Узбекистана, что и открыло двери для широкого круга частных участников.

На вопрос о том, является ли отсутствие выхода к морю препятствием для развития частного сектора, Чаттертон ответила, что в современных условиях этот фактор существенно утратил своё прежнее значение. 

Цифровая революция — интернет, мобильная связь, дистанционная занятость — позволяет странам интегрироваться в глобальные производственные цепочки вне зависимости от географического положения. Физическая инфраструктура, прежде всего железные и автомобильные дороги, по-прежнему необходима для перевозки тяжёлых грузов, однако цифровая связанность открывает качественно новые возможности для экономического роста.

В этом контексте она упомянула торжественное открытие цифрового коридора для Азии, состоявшееся накануне, как свидетельство того, что Узбекистан целенаправленно встраивается в региональную цифровую экономику.

В более широком контексте своей деятельности Чаттертон изложила стратегию, которую АБР реализует по всему Азиатско-Тихоокеанскому региону. Центральный тезис состоит в том, что главным ограничением развития является не нехватка капитала или идей, а недостаточное число инвестиционно привлекательных рынков. 

Частный капитал в регионе существует в значительных объёмах, однако слабая нормативная база, политическая неопределённость и неприемлемый уровень рисков сдерживают его приток туда, где он необходим. Задача АБР, по словам Чаттертон, состоит не в замещении частных инвестиций, а в их катализировании — через разделение рисков, грамотное структурирование сделок и глубокую экспертизу в конкретных странах и секторах.

Для достижения этих целей банк задействует полный спектр финансовых инструментов: прямое долговое и акционерное финансирование, гарантии, торговое финансирование и финансирование цепочек поставок, консультационные услуги, механизмы государственно-частного партнёрства, а также программы поддержки компаний на ранних стадиях развития.

Одним из ключевых механизмов стало рамочное соглашение о кредитном страховании устойчивой инфраструктуры, подписанное с десятью ведущими мировыми страховщиками. Эта платформа рассчитана на привлечение до 2,75 миллиарда долларов частного капитала за счёт распределения кредитного риска по займам АБР, открывая институциональным инвесторам доступ к рынкам и секторам, куда они прежде не могли войти самостоятельно.

Интегрированная операционная модель банка выстраивает единую цепочку от политической реформы до конкретной инвестиции. На первом уровне банк содействует нормативным преобразованиям, на втором — занимается подготовкой и структурированием проектов, на третьем — применяет инструменты разделения рисков. Такой подход позволяет тиражировать успешные решения в масштабе, а не воспроизводить их в каждой отдельной сделке. В частности, банк активно использует портфельные механизмы — кредитное усиление, высвобождение регуляторного капитала и передачу рисков, — позволяя банкам-партнёрам наращивать кредитование без избыточной нагрузки на собственный баланс.

Количественные показатели деятельности банка подтверждают масштаб этих усилий. По итогам 2025 года объём собственных инвестиций АБР в проекты частного сектора составил 5,5 миллиарда долларов — на 15 процентов больше, чем годом ранее.

Дополнительно банку удалось мобилизовать 4,7 миллиарда долларов прямого частного капитала, что означает рост на 30 процентов в годовом выражении. Доля суверенных операций, непосредственно направленных на развитие частного сектора, достигла 50 процентов от общего портфеля. На этом фоне банк ставит перед собой цель выйти к 2030 году на ежегодный уровень финансирования частных инвестиций в 13 миллиардов долларов — показатель, который руководство АБР расценивает как реалистичный с учётом достигнутой динамики роста.

Чаттертон подчеркнула, что частный сектор обеспечивает около 90 процентов рабочих мест на развивающихся рынках и служит основой инклюзивного и самодостаточного роста — особенно для малых и средних предприятий, компаний под руководством женщин и финансово недостаточно охваченных слоёв населения. 

По её убеждению, настало время перейти от диалога к действию, и АБР готов выступить платформой для масштабирования частных инвестиций по всему Азиатско-Тихоокеанскому региону.